Церковь Святого Олегатора

В городе, название которого мы не будем произносить во избежание ненужных слухов, жил и творил добро когда-то святой Олегатор, известный религиозный деятель, основатель и главный символ церкви имени себя. Некоторые несознательные граждане, правда, называли его церковь сектой… но мы же не будем слушать тут всяких завистников и просто неадекватных личностей?
Не будем.
Слушаем дальше и не перебиваем рассказчика!
В некотором отдалении от города, за Бескрайним озером и холмами Умиротворения, стоял монастырь, то ли женский, то ли мужской, история об этом умалчивает. Недоброжелатели и вовсе поговаривают, что в монастырь пускали всех, независимо от пола и ориентации. Рядом с монастырем раскинулся лес Святой Молитвы, поля Безумия и, конечно же, храм – любимое место отдыха святого. Должен же святой где-то медитировать, пить чай и предаваться прочим странным занятиям?
За некие неизвестные истории заслуги святой Олегатор был канонизирован еще при жизни, что, впрочем, ничуть не мешало ему этой самой жизнью наслаждаться. Обычно дни его проходили в тишине и молитвах, но иногда в монастыре появлялись гости. Призрак, известный на весь город псих-одиночка, религию принципиально не признавал, богам не поклонялся и пожертвования на развитие храма не вносил,  однако же всегда был готов помочь старому другу по мелочи. Мир завоевать, секту тоталитарную основать, армагеддончик локального масштаба устроить — как повезет. В такие дни Призрак и Олегатор сидели на ступеньках храма и о чем-то загадочно шептались, и лишь иногда тишину разрывал зловещий хохот одного из соучастников.
Кстати, о молитвах. Никто не может точно сказать, о чем же молился святой Олегатор. Некоторые наивные очевидцы, побывавшие на службе в его храме, утверждали, что о мире во всем мире, о вечном благе и счастье на земле. Иные же, прислушавшись к тихому бормотанию святого, рассказывали воистину небывалое. Говорят даже, что святой Олегатор мог хохотать во время службы, грозить небесам и поминать всуе то страшного демона преисподней Сапфира, то его родного брата и собутыльника Алмаза. И только те, кто стоял в первых рядах, могли точно утверждать, будто слышали, как святой раз за разом повторяет одну и ту же мантру: ”Отпусти меня, дурман-трава!”
Правда, им почему-то мало кто верил.
Святой Олегатор любил выпить. Обычно он заваривал чай в большом круглом чайнике – чёрный или зеленый, но обязательно с тонким ароматом незнакомых трав, а иногда и вовсе какую-нибудь нетрадиционную траву, от которой потом полночи хохотал весь монастырь. Кофе святой не любил, поскольку считал его напитком бесов и прочих маньяков. Себя Олегатор, конечно, маньяком не считал, хоть и любил на досуге помучить людей по методике Сумасшедшей Мяу, великого психолога древности.
Ранним утром, когда солнце только-только поднималось из-за горизонта, святой Олегатор любил посидеть на ступеньках храма имени себя и помечтать о чем-нибудь великом. В такие моменты мало кто из братьев решался потревожить его покой. Те, кто решался, уже не могут ни петь святые псалмы, ни читать проповеди прихожанам, да и вообще мало на что способны, разве что сказки страшные рассказывать ребятишкам в деревне. Впрочем, кто же будет сумасшедших слушать, когда своих психов в доме хватает?
Одним словом, святой Олегатор, как утверждают прихожане, отличался редкостной добротой и миролюбием, настолько редкостной, что ее мало кто замечал, но все свято верили — как же иначе? А то ведь, сказывают, без трехкратного признания святого Олегатора самым великим и прекрасным в былые времена и в храм-то не пускали.
Темные были времена, чего уж там.
В монастырь прихожан не пускали, чтобы не искушать неподготовленных, но вот в храм стекались толпы, желающие послушать проповеди известного святого, прикоснуться  к святым предметам – Тапочкам, Шапке и Вантусу, а то и просто поглазеть и полюбопытствовать. Сказывают, зрелище того стоило, да и сам святой Олегатор выгоды своей не упускал. Перед входом в храм установили деревянную бочку, причудливо вырезанную в форме рюкзака, куда каждый заходящий складывал свое приношение. Деньги святой Олегатор не брал принципиально, ибо часто подсовывали фальшивые, но охотно принимал пожертвования натурой: чай, печенье, конфеты, домашняя выпечка, салатики и колбасу – все шло в дар, лишь бы от чистого сердца и хорошей хозяйки. Но особенно Олегатор любил, когда в дар ему приносили йогурты. В такие дни в храме устраивался настоящий праздник, проповеди читались до полуночи, прерываемые лишь звоном ложек. И умные люди, желающие получить благословение лично от святого, знали, что принести ему на очередную службу.
Зимой поля вокруг храма превращались в места народных гуляний. С самого Рождества, отмечаемого здесь 8 января, городская и деревенская молодежь пропадала на полях Безумия с утра до глубокой ночи. В центре устанавливалась горка, раскатывалась дорожка и каждому страждущему выдавалась под роспись большая ледянка. Хоть очередь занимали еще до рассвета, ледянок на всех не хватало, поэтому многие приходили с подручными средствами: тазиками, пакетами или старыми досками — всеобщему веселью это ничуть не мешало. Под елками на краю полей устанавливались качели – по мнению знаменитого психолога Сумасшедшей Мяу именно катание на качелях способствовало наивысшей сосредоточенности  и просветлению. Говорят, так многие и просветлялись, угодив головой в сугроб… некоторое даже видели белое сияние, падающее с неба пушистыми снежинками.
Сам святой Олегатор охотно принимал участие в зимних забавах. Народ так и запомнил его – в черной рясе, летящего с горки на большой красной ледянке, сметающего все на своем пути. Считалось даже, что тот, кого коснется ледянка Олегатора, будет счастлив и навеки просветлен. Впрочем, некоторые считают, что все это бред, потому что на красных  ледянках катаются бесы. Кто-то даже видел их, странных, невероятных существ, с дикими воплями: ”Разойдись, Хаос идет!” скатывающихся с горки. Кто такой Хаос, никто не знал, а на все расспросы святой Олегатор лишь таинственно отмалчивался, усмехаясь и многозначительно хмыкая. Правильно, нечего к святому с глупыми вопросами приставать!
Сказывают, в восточных лесах даже секту основали имени Вселенского Хаоса. Народ там странный, носит на голове кошачьи уши, мяукает вместо приветствия, спаивает добрых людей чаем и насильно кормит печеньками, не выпуская из храма, пока не покажется дно тарелки.  И богам поклоняются странным, не разберешь, кто есть кто. Впрочем, слухи все это, кто ж добровольно в восточные леса сунется? Но, говорят, святой Олегатор с ними дипломатический контакт наладил и теперь каждый местный праздник катается в гости на электричке, с богатыми дарами в священном рюкзаке за спиной. В тех краях, кажется, его прозвали Дед Морозом, да кто их разберет, с их странной  религией!
По ночам святой Олегатор любил забраться на крышу храма, и, скинув надоевшую рясу, смотреть на звезды над головой. А потом уходил в леса, разводил костры, ночевал в спальнике на дороге, пугал прохожих ослепительной улыбкой и ловил проезжающие мимо электрички.
Что он там делал, в этих электричках? А кто ж его, святого, разберет.
Медитировал, наверное.

Метки: ,
© Рыжая Осень

Опубликовано 12.02.2018 Рыжая Осень в категории "Сказки

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *