Мой Петербург

Мой Петербург неизменно кот. И нет у него человеческого лица.
На мягких лапах приходит Петербург в мои сны. Путается в паутине непрожитых судеб, когтями цепляется за обивку дивана. Устраивается поудобнее на подушке. Мурлычет сказки о городе у северного моря.
Мой Петербург улыбается украдкой. Смотрит на мир с покатых крыш. Отражается в бесконечных лужах завтрашнего дождя. Катает лапами звезды в сумрачном небе. Неслышно ступает по мостовым, скрываясь за поворотом.
Оставляет следы на асфальте.
Уносит звездную пыль на рыжей пушистой шерстке.

Дворы-колодцы

1

Петербургские дворы-колодцы заслуживают отдельного поста. Я могла бы говорить о них бесконечно. Рассказывать, как замирает сердце при взгляде вверх, в высокое небо среди каменных стен. Как пусто, тихо и странно бывает внутри двора. Как пронзительно и горько от осознания того, что этот город тебе не принадлежит.

Я могла бы говорить о том, что во дворах-колодцах нет ветра. Мне порой кажется, там вообще ничего нет, и не было никогда. Только я, только точка на карте, и счастье, если не сбоит навигатор. Только небо в проеме стен.

Но мне ничего не хочется говорить.

Мне хочется стоять там и смотреть вверх.

И молчать.

2017

Город моего сердца

Один безумец сказал: каждому из нас нужно по кому-то страдать. Просто для того, чтобы жизнь не казалась пресной.

Я в своем счастливом замужестве не имею шанса вспоминать несбывшиеся жизни или стрелять глазками по сторонам. Мне не хочется выходить из сотворенного для нас мира.

Я не скучаю по людям – мне хватает тех, что рядом со мной.

Я скучаю по городу, что существует за 2200 километров от меня.

По городу, что остался лишь ворохом фотографий да километрами невысказанных строк.

По моему Петербургу.

Можно ли вычеркнуть из памяти город, что однажды навсегда завладел твоим сердцем?

2017

Я люблю тебя, город

1

Я люблю тебя, город.

Я редко признаюсь в любви вслух, так что цени это. Без пафоса, без заморочек – просто помни.

Жаль, наша любовь с тобой – на расстоянии. Между нами 2200 километров, и преодолеть их я сейчас не в силах. Мне бы броситься к тебе, через леса и поля, через реки и долины, но нет у меня железных башмаков, да и на деву из сказки я мало похожа. Скорее уж на дракона. А нам, драконам, по лесам шастать не по чину. Нам бы в небо – и крылья расправить – тебе навстречу.

Город-город, ждешь ли ты меня? Скучаешь, быть может, заливая серые мостовые дождями, заметая узкие улицы сугробами? А может, смотришь окнами своих многочисленных кофеен, и дразнишь запахом дыма и свежей сдобы, и шепчешь, и ветром толкаешь в спину – но не меня. Знакома ли тебе, город, тоска по тем, кто бродит по твоим улицам, кто скрипит калитками твоих дворов, и до самого рассвета не желает делиться снами?

Как ты там без меня, город? Кто стучит каблуками по твоим бесконечным мостам, пока меня нет с тобой? Кто смотрит на твои крыши, кто любуется разлетом твоих дорог и изумляется причудливым перекресткам? Кто в восхищении застывает в твоих дворах, увидев небо в колодце – и звезды? Светят ли тебе звезды в эту бесконечную вечность без меня, город дождей?

Я вернусь к тебе, город.

Дождись.

2017

Любовь на расстоянии

И пока город помнит меня, я буду писать о нем.

Разбирать архивные фотографии, вытаскивая самые любимые кадры.

Снова и снова вплетать обрывки своих сновидений в суматошную вязь букв.

И мечтать о новой встрече спустя некоторую вечность.

 

2200 километров: любовь на расстоянии.

2017

Одиннадцать дней

Я вспоминаю город. Возвращаюсь к нему в своих сновидениях. Перебираю фотографии, пытаясь отыскать себя на них. Узнаю дворы-колодцы и мостовые, залитые дождем. Строю планы побега из привычной реальности. Выкатываю с балкона чемодан на колесиках. И обнаруживаю билеты, забытые в одном из карманов.

Год 2012 на исходе лета.

Одиннадцать дней свидания с городом.

Две недели моей персональной вечности.

И я скучаю. По городу, что живет за две тысячи километров от меня. По дождливому Петербургу, что остался во мне лишь ворохом фотографий да километрами невысказанных строк. По каменным львам и грифонам, и выгнутым дугой мостам, и причудливым перекресткам незнакомых улиц. По сфинксам, что смотрят на меня пустыми глазами. По небу, что отражается в темных водах Невы.

Сколько еще слов будет сказано прежде, чем мы встретимся, город?

Сны о Петербурге

И однажды ты понимаешь, что из Петербурга невозможно уехать. Город не отпускает, город живет в тебе, а ты в городе. Это ты все еще стоишь на одном из его бесчисленных мостов под быстро темнеющим небом, смотришь в темную воду внизу. Это ты идешь по городу, дышишь городом, ты и есть город. Кошка на крыше, рисунок на асфальте, стук каблуков. Ты снишься городу, но он не запоминает тебя, как и любой из своих снов. И вне города пусто, и внутри — тихо, и слов не хватает на самые простые фразы, не рисуются сказки и не ловится ветер. И которую осень за 2200 км ты проводишь не с ним.

А на самом-то деле суть не в городе, на его месте могла бы быть любая точка пространства. Все дело в ощущении всемогущества, в иллюзии свободного выбора, в возможности быть там, где ты хочешь быть — прямо сейчас и никак иначе. То самое состояние, когда твое внутреннее море выходит из берегов, и нет ему предела. И поэтому ты будешь смотреть сны про этот город, и думать про этот город, и хотеть увидеть его, как хотят встречи с самым дорогим человеком. И не верить в саму себя здесь и сейчас, ощущать себя тенью и смутным сном. И каждый день прожитой осени наполнять памятью.

И слушать, как за окном по рельсам стучат поезда.

2016

Петербургский кофе из далекого сентября

1

У меня была мечта: приехать в Петербург и выпить чашечку кофе. Стоять на каком-нибудь из многочисленных мостов. Вдыхать сырой холодный воздух чужого города, держать в руках пластиковый стаканчик капучино и шептаться с местным ветром. И чувствовать себя невероятно счастливой.

Другие люди приезжают в Петербург ради разводных мостов и многочисленных музеев. Блуждают в Эрмитаже, пугая местных котов. Восхищаются творениями неведомых мне художников. Рассказывают, как катались на катере по закованной в гранит Неве. И непременно привозят из путешествия тонну фотографий «я на фоне Медного Всадника».

Единственный музей, который я посетила в Петербурге – это Республика Кошек. Волшебное место, где ушастые хвостатые создания бродят среди посетителей. Настоящая кототерапия. Рай для тех, кто скучает по своим домашним питомцам и не в силах вынести разлуку длиною в 14 дней. Уютное пространство для каждого, чье сердце отзывается на громкое мурчание и скрежет когтистых лап.

На самом деле я не люблю кофе. Этот странный горький напиток не вызывает у меня никаких особых чувств. Но мне очень хотелось ощутить в руках тепло пластикового стаканчика. Непременно стоя на мосту в Петербурге. Или по меньшей мере смотря в небо из глубины очередного двора-колодца.

И вот я стою во дворе на неведомой улице. Пью горький невкусный капучино, озираюсь по сторонам и чувствую себя совершенно счастливой. Понимаю, что ради этого стоило проехать 2200 километров. Просто ради того, чтобы выпить кофе с городом. И запомнить себя такой – легкой, счастливой и всемогущей.

Только спустя 4 года я оценила вкус кофе. И теперь я знаю: тот далекий сентябрь всегда со мной. Где бы я ни держала в руках стаканчик с горьким осенним напитком, я снова возвращаюсь в мой Петербург. И предлагаю городу, что остался за много километров, разделить со мной вкус напитка богов.

Допиваю до дна – невысказанным обещанием вернуться.

Будешь ли ты ждать меня, город?

2016

Письмо Петербургу

Каждый город звучит по-своему. Думая о Петербурге, я слышу шум дождя по карнизу и стук каблуков по пустынным ночным улицам. Узнаю шепот ветра, различаю его среди множества других голосов. Слышу скрип открывающихся дверей, тихий звон чашки, коснувшейся блюдца. И чувствую аромат крепкого кофе, доносящийся из ближайшей кофейни.
Этот город научил меня любить кофе в стаканчиках и стылый ветер над темной водой. Подарил возможность скучать и отмечать на карте пути побега. Зацепил и не отпускает.
Этот город дразнит меня призрачной мечтой о встрече. Царапается внутри, сводя с ума одним лишь именем своим. Врывается в мои сны, зовет за собой, тревожит шумом далеких поездов. Требует: помни меня.
Слушай меня.
Вернись.
И я вспоминаю город. Возвращаюсь к нему в своих сновидениях. Перебираю фотографии, пытаясь отыскать себя на них. Узнаю дворы-колодцы и мостовые, залитые дождем. Строю планы побега из привычной реальности. Выкатываю с балкона чемодан на колесиках. И обнаруживаю билеты, забытые в одном из карманов.
Год 2012 на исходе лета.
Одиннадцать дней свидания с городом.
Две недели моей персональной вечности.
И я скучаю. По городу, что живет за две тысячи километром от меня. По дождливому Петербургу, что остался во мне лишь ворохом фотографий да километрами невысказанных строк. По каменным львам и грифонам, и выгнутым дугой мостам, и причудливым перекресткам незнакомых улиц. По сфинксам, что смотрят на меня пустыми глазами. По небу, что отражается в темных водах Невы.
Сколько еще слов будет сказано прежде, чем мы встретимся, город?

Хранители Петербурга

Петербургские кошки ловят солнечных зайчиков прямо на улицах города. Нерасторопные пятнышки света моментально оказываются в плену пушистых лап. Возможно, именно поэтому в Петербурге так мало по-настоящему солнечных дней. Как известно, представители семейства кошачьих никогда не отпускают свою добычу.
Кошки бродят по городу, оставляя следы на мостовых. Отпечатки кошачьих лап можно встретить на Английской набережной и Малой Садовой, разыскать среди причудливых дворов Гороховой и Итальянской. На Дворцовой площади неугомонные дворники раз за разом стирают с мостовой загадочные кошачьи иероглифы. Безуспешно — хвостатые создания все делают на совесть.
Кошки Петербурга ловят мечты горожан. Цепляют острыми коготками, уносят за шкирку, словно неразумных котят. Говорят, все мечты, пойманные петербургскими кошками, сбываются. Так или иначе.
Петербургские кошки катают луну под куполом Исаакиевского собора. Черные и рыжие, серые и полосатые — в темноте северной ночи не разглядеть. Ловят мохнатыми лапами звезды, сбивают серебряные искры с низкого небосклона. Сворачиваются уютными клубочками под крыльями спящих ангелов.
Желтоглазые хранители города на Неве неслышно скользят по покатым крышам. Прячутся в сиреневом сумраке, смотрят на нас с карнизов. Провожают солнце на перилах многочисленных мостов. Молча уходят вслед за последними звездами. Растворяются в сером мареве сонного петербургского утра.
Кошки однажды приснились городу на самой заре его существования. Пришли по болотам и лесным тропам — невесомые и легкие, словно сотканные из ткани забытых сновидений. И навсегда поселились среди гранитных мостовых Петербурга. Сторожить сон города на Неве. Намурлыкивать сказки его беспокойным жителям.
Оставлять следы своих лапок в наших сердцах.